Жилось ему за границей нелегко. Деньги приходили с большой задержкой. На покупку инструментов, машин, книг Нартову приходилось тратить собственное скудное жалованье, часто оставаясь без гроша в кармане.

А еще предстояла поездка во Францию. «Я намерен в скором времени, — сообщал Андрей Константинович, — поехать во Францию, понеже слышу, что там искусных людей довольно».

И действительно, когда Нартов остановился в Париже, его встретили самые видные французские ученые. Здесь он познакомился с прекрасными мастерами. Французам он подарил свой станок.

Больше года прожил в Париже. Много работал, как он писал, «ради пользы государственной», а в математике и механике «знание свое к пользе отечества и к чести своей усугубил». Парижская академия наук выдала ему аттестат в знак «великих успехов».

Когда Нартов возвратился на родину и показал этот аттестат Петру I, тот приказал перевести его на русский язык и читать всем, кто отправлялся в чужие края «для обучения наукам и художествам»:

— Будет им пример. Пусть и они с таким же успехом поступают.

Великий инженер

Над новыми машинами талантливый мастер трудился всю жизнь. Кроме станков, он изобрел пожарный насос — «махину для всенародной пользы». Когда ему было поручено заняться чеканкой монет, он и тут придумал много нового.

Монеты чеканились в Москве, на Монетном дворе. Приехал Нар-тов, видит — совсем плохи дела. Монеты изготавливаются почти вручную. Нет точных весов. Пришлось Андрею Константиновичу монетные машины строить, инструменты изобретать, весы выверять.

А в Петербурге его уже ждали другие, еще более важные дела. Русскому государству для защиты своих рубежей нужна была артиллерия. Не раз случалось Нартову посещать пушечные заводы. Видел он, как из меди и чугуна отливают стволы пушек. Спрашивал литейщиков: